Винтаж с прослойкой

В рамках творческого вечера Светланы Захаровой в Большом театре состоялась мировая премьера балета "Захарова суперигра"

Когда-то, быстро освоив весьма ограниченный репертуар советского балетного театра, иной в жажде нового совершал прыжок в свободу, а кто-то никаким образом и не решался выглянуть за железный занавес, при благоприятном стечении обстоятельств довольствуясь эпизодической работой с изредка допускаемыми в страну, а такженостранными балетмейстерами. Нынче такой проблемы не существует. Но осталась другая. Творческой личности по-прежнему хочется развиваться. Тем временем актер, в этом числе и балетный, – профессия зависимая. Не каждому везет встретить своего режиссера или хореографа. Однако сегодня есть возможность не ждать, а самому искать такой встречи.

Светлане Захаровой, с 20 лет активно гастролирующей на самых престижных сценах мира, выступающей в балетах Баланчина, Макмиллана, Ноймайера, Ратманского, жаловаться грех. Она не жалуется. Но признаетсято, что всякий раз впадает в панику, если в репертуаре долго не появляется ничего нового. Классические партии давно освоены, хочется замахнуться на модерн или на contemporary, пока молода и в силе. Вот и мечется прима по миру в поисках палочки-выручалочки. Одна из последних находок – Франческо Вентрилья. Часто выступая в театре Ла Скала (в две тысячи восьмом году первой из российских артистов она получила титул «этуали» миланской балетной труппы), Захарова знала о его существовании, однако в месте они никогда в жизни не танцевали – уж очень разные весовые категории у примадонны и рядового солиста. Ставить балеты Франческо начал в 2004-м, но Светлана с Вентрильей-хореографом познакомилась лишь в минувшем году, когда увидела его дуэт Black в исполнении артистов Ла Скала в каком-то из сборных концертов. «Хочу!» – воскликнула балерина и попросила Франческо для нее и солиста Большого театра Андрея Меркурьева номер доработать – усложнить и добавить экспрессии. А после предложила подумать также и о чем-то более масштабном. Так возникла идея одноактного балета «Захарова суперигра».

Вентрилья задумал сделать отправной точкой балета победу над временем. Жизнь классической танцовщицы коротка. Не успела оглянуться, а прожорливый Хронос уж тут как тут. Зато в виртуальном мире компьютерной игры многократное воскресение – дело житейское. Переходи, знай, от уровня к уровню (таких уровней-фрагментов в «Суперигре» пять). По просьбе постановщика молодой итальянский композитор Эмильяно Пальмьери написал оригинальную музыку, желая создать «своего рода балет-винтаж» с классической «прослойкой». Музыкальная винтажность заключается, очевидно, в узнаваемой цитате из «Лебединого озера», а хореографическая (хотя постановщик, похоже, такой цели перед собой не ставил) – в стойком ощущении, что оказываешься на средней руки дискотеке 80-х. Был тогду вот у нас эстрадный коллектив под названием «Ритмы планеты». Ну очень похоже. Светлана Захарова плюет в вечность из лазерного пистолета и наряду с Андреем Меркурьевым (Тета/Хронос) и пятью фосфорическими юношами (Лямбда – Александр Волчков, Фи – Карим Абдуллин, Дельта – Денис Савин, Сигма – Артем Ячменников и Омега – Артем Шпилевский) на фоне компьютерной проекции откидывает коленца, физически порой очень сложные, но маловыразительные. Работают наши классики классно. И досадно становится: такие бы тела да в мирных целях. Желая разрушить стереотипы и сделав идеальных классических танцовщиков персонажами компьютерной игры, представить их в неожиданном качестве, Франческо Вентрилья по части разрушения преуспел, а с новым качеством не совладал. В ряду художников, которым не виртуально, но вполне реально удалось победить время, своего места пока совсем не занял. С разницей от Ролана Пети, Мориса Бежара, Джона Кранко и Уильяма Форсайта, чьи балеты вскоре могут объявиться непосредственно в репертуаре Светланы Захаровой. Только вот жаль, что не в Большом театре, а на сцене Ла Скала.